skip to Main Content

До 126-летия Радио осталось:

ДОКЛАДНАЯ ЗАПИСКА ГЛАВНОМУ ИНСПЕКТОРУ МИННОГО ДЕЛА КОНТР-АДМИРАЛУ К. Д.ОСТЕЛЕЦКОМУ ОБ ИЗГОТОВЛЕНИИ АППАРАТОВ БЕСПРОВОЛОЧНОГО ТЕЛЕГРАФИРОВАНИЯ В РОССИИ [43]
23 января 1899 г.

Его превосходительству Главному инспектору минного дела.

В отчете моем об опытах, произведенных в минувшую кампанию на судах Минного отряда над приборами для телеграфирования без проводников, мною высказаны пожелания, чтобы в кампанию наступившего года были произведены опыты более широкого пользования новым способом сообщения между судами для оценки его пригодности в судовой жизни.

Литературные данные указывают, что этот способ телеграфирования уже принят в итальянском флоте.

В Германии тотчас по опубликовании опытов Маркони деятельно занялись этими опытами: проф. Слаби [44] в Шарлотенбургском электротехническом институте получил возможность воспроизводить первые опыты в дворцовых садах и окрестных казенных зданиях; затем в его распоряжение были даны средства для опытов на море и воздушные шары военного ведомства. Результаты первых его опытов опубликованы и по сравнению с нашими почти тождественны; большие расстояния легко достигались при высоко поднятых проводниках; различные детали, введенные в приборах Маркони, по свидетельству проф. Слаби, не нужны для успешного действия телеграфа.

Во Франции опыты телеграфирования без проводников также обратили на себя внимание, как только разнеслись известия об опытах в Англии. Е. Дюкрете, инженер и фабрикант научных приборов, обратил внимание на мою работу, опубликованную в 1895 г., и восстановил мои права на первенство в изобретении перед французскими учеными и техническими обществами [45]. Пользуясь моими указаниями и средствами своей прекрасной мастерской, г. Дюкрете построил вполне законченный прибор для телеграфирования без проводников. Попутно им сделаны усовершенствования в индукционных спиралях и принадлежностях их, а также изобретен особый телеграфный аппарат Морзе, автоматически идущий, пока действует его электромагнит, и останавливающийся минуту спустя после окончания депеши. Таким образом телеграммы могут быть принимаемы без неотлучного дежурства при аппаратах. Во французском флоте производятся опыты с прибором Дюкрете.

В Австрии опыты телеграфирования между судами также ведутся самостоятельно, и недавно опубликованы испытания каких-то новых приборов, изобретенных студентом Будапештского электротехнического института, представляющих усовершенствование приборов ужо известных; эти испытания делались на военных судах в присутствии адмиралов; результат испытаний — возможность сообщать свой курс на расстоянии 8 километров.

В Англии военное и морское ведомства работают совершенно независимо от компании Маркони и достигли хороших результатов при помощи змеев; в сухопутном ведомстве сформированы даже особые партии, состоящие из 6 человек команды и тележки в одну лошадь, на которой уложены два змея и все приборы для телеграфной станции. Приборы для телеграфирования без проводников устанавливаются также на одном из маяков в Ла-манше, потому что многие пароходы трансатлантических компаний приобретают приборы компании Маркони.

Помимо удобства, которое доставляют приборы телеграфирования без проводников, устанавливая удобное скорое сообщение между судами эскадры в повседневной жизни, эти приборы окажут неоценимые услуги во время тумана и бурной погоды, когда другие способы обмена будут прекращены. Немаловажное значение может иметь этот способ переговоров в военное время ночью, когда световая сигнализация может быть неуместной и в особенности для сообщения с эскадрой собственных миноносцев и разведочных судов в ночное время: неимение такого средства во время войны Американских Соединенных Штатов с Испанией вело к неоднократному обстреливанию американской эскадрой, в ночное время конечно, своих миноносцев.

Не имея в виду изыскивать и указывать те случаи, где беспроволочный телеграф может оказывать услуги (все эти случаи виднее для моряков), я считаю, что и при настоящем состоянии вопроса новый способ сообщения между судами должен быть введен в общее употребление и прошу Ваше превосходительство возбудить вопрос о принципиальном постановлении Комитета по введению на судах нашего флота новых приборов.

Что же касается средств для изготовления таких приборов, то в настоящее время существенные части приборов изготовлены, а отчасти разрабатываются под моим руководством в мастерской лейтенанта Колбасьева в Кронштадте.

Телеграфные аппараты могут изготавливаться в России во многих мастерских и легко могут быть приобретены в случае нужды за границей [46]; индукционные спирали до сих пор не изготовлялись в России и до сих пор в огромном количестве, в особенности после открытия Рентгена, выписываются из-за границы и имеются почти всегда на складах. Установка для изготовления таких спиралей не представляет серьезных затруднений и легко может быть устроена в той же мастерской в случае надобности. Приспособление судовых мачт прямых затруднений не представит и возможно особенно легко на безрангоутных судах.

Самый порядок введения приборов на судах может быть какой угодно, но более удобны были бы испытания на однородной по составу Черноморской эскадре. К началу кампании можно будет не только легко изготовить все приборы, но и, пользуясь весенними месяцами, подвергнуть изготовляемые приборы испытаниям и ввести всегда возможные в новом деле усовершенствования. Более целесообразно было бы снабдить приборами четыре броненосца эскадры: «Георгий Победоносец», «Чесма», «Три святителя» и «Двенадцать апостолов», кроме того один из минных крейсеров и миноносцев или же крейсер «Память Меркурия».

Вообще желательны более всесторонние испытания пригодности нового способа телеграфирования как для малых, так и для больших судов, но при этом нужно иметь в виду, что телеграфные станции легко переносимы и установка готовой станции на новом судне потребует только приспособлений на мачтах нового судна, которые могут быть сделаны в течение одной или двух недель и не представляют большой ценности. Прежде перевозки приборов в Черное море они могли бы быть испытаны в Кронштадте или на балтийских судах до июля месяца.

В настоящее время почти закончена установка двух опытных станций в Кронштадте: одна станция установлена на морском телеграфе в здании Морского инженерного училища, другая же на форте «Константин»; эти станции будут служить для испытаний нового материала, подготовленного лабораторными опытами, и вообще для изучения явлений, лежащих в основании нового способа телеграфирования, а также для решения вопроса о пригодности нового способа сообщения для связи фортов между собой.

Считая вопрос о сообщении между судами эскадры более или менее близким к решению, желательно поставить на очередь вопрос о передаче телеграмм на более значительные расстояния с помощью змеев, что особенно важно для связи разведочных судов с эскадрой: для этой цели необходимо иметь, например при Минном отряде, совершенно независимый миноносец, который мог бы служить для опытов во всякое время и не был бы связан ежедневным расписанием и вообще учебными занятиями.

Необходимо также заблаговременно обучить некоторое количество людей телеграфированию и обращению с приборами; для этого нужно только освободить от некоторых занятий людей, бывших при опытах прошлого года (они могли бы стать инструкторами), и назначить несколько человек для обучения вновь. Упомянутые выше опытные станции попутно могут служить для этой цели. Конечно, более подготовлены к этому делу минеры, если есть возможность отвлечь несколько человек из них от прямого их назначения. Желательно обучить для каждой станции двух человек.

В заключение могу присовокупить, что опубликованные до сих пор сведения об опытах в иностранных государствах показывают, что все располагают почти тождественными приборами, и если были случаи передачи телеграмм па расстояния, превосходящие наши, то везде это достигалось с помощью специально установленных мачт, значительно более высоких, чем наши судовые, и уединенных от соседства металлических снастей, чего до сих пор не делали мы. Достигнутые же в наших условиях расстояния надо считать очень хорошими, и с уверенностью можно утверждать, что специально приспособленные легкие мачты, в особенности на безрангоутных судах, дадут расстояния, для большинства надобностей достаточные. Утверждение это основывается на положении, что расстояние возрастает почти пропорционально квадрату длины изолированных мачт, если увеличиваются мачты обеих станций.

Надворный советник А. Попов

Примечание


43) (к стр. 117). ЦГАВМФ, фонд МТК, Минный отдел, д. 53, ч. 1, 1898 г., лл. 31—33. Впервые опубликовано в сборнике: «Изобретение радио А. С. Поповым», М., 1945, стр. 109—111.

44) (к стр. 118). Слаби Карл Генрих Адольф (Slaby Carl Heinrich Adolf, 1849—1913), немецкий физик, пионер радиотехники в Германии. О нем см. Почтово-телеграфный журнал. Отдел неофициальный, 1913, май, стр. 420—423 и воспоминания т. Угримова: «На заре радио» (журнал «Говорит СССР», 1935, № 9, стр. 10).

45) (к стр. 118). До своих выступлений в защиту прав Попова, Е. Дюкрете в конце 1897г.,по свидетельству проф. Н. Н. Георгиевского, обратился к А. С. Попову с просьбой сообщить необходимые сведения. Русский ученый ответил письмом, набросок которого сохранялся у Н. Н. Георгиевского, бывшего первым ассистентом А. С. Попова и поддерживавшего с ним тесные дружеские отношения до его кончины.

«По сохранившемуся у меня черновику,— писал Н. Н. Георгиевский, — привожу следующую выдержку из его письма на имя Е. Дюкрете, написанного в конце 1897 г.
„Я не располагаю никакими печатными работами, которые могут доказывать мое участие в практическом решении задачи телеграфирования без проводников, кроме известной Вам статьи (см. стр. 59.— М.Р.).

Я, однако, считаю эту статью достаточной для заключения о тождестве составных частей и расположения их в моем приборе и в приемной станции г. Маркони. Приемный проводник, соединение трубки с землей, вредное влияние искры, значение самоиндукции указаны на стр. 9, 10, 12.

В январе 1896 г. я демонстрировал свой прибор в Кронштадтском отделении Технического общества и говорил о желательности испытаний моего прибора на значительных расстояниях; при этом я показывал действие прибора в таком опыте: в одной из зал был установлен вибратор Герца, а прибор со звонком был на легкой переносной подставке, полюсы трубки были снабжены для резонанса листами цинка одного размера с листами вибратора. Прибор, носимый по аудитории и удаленный в заключение в крайние комнаты здания, все время отвечал на заранее определенные звонковые сигналы.

В марте мною был демонстрирован прибор для оптических опытов с электромагнитными лучами: отражение, преломление, действие решетки и вращение плоскости поляризации слоистым деревом.
В сентябре 1896 г. в ежедневной прессе появились первые известия об опытах г. Маркони, при этом сущность прибора оставалась в секрете, и специальные журналы терялись в догадках о новом открытии. Тогда я напечатал в местной газете письмо (см. стр. 74.— М. Р.), в котором напомнив о своем приборе, указал, что в записях гроз моим прибором есть такие, которые произведены разрядами, происшедшими не ближе 30 километров, что сигнализация помощью искусственно произведенных разрядов в пределах мили возможна, и что, по всей вероятности, прибор г. Маркони сходен с моим». («Электричество», 1925. № 4, стр. 215).

Переписка между А. С. Поповым и Е. Дюкрете еще не опубликована. Но несомненно, что последний получил из России еще и другие сообщения, как это видно из приводимых ниже выдержек из его выступления 21 января 1898 г. во французском физическом обществе:
«…Я не буду описывать опытов Герца, показавших, что электрические волны пронизывают изолирующие среды, что можно заставить их отражаться, преломляться, интерферировать, дифрагировать и придать им поляризацию прямолинейную, эллиптическую и круговую; опыты по распространению на расстояние позволяют нам подойти к описанию герцевой телеграфии без проводов, осуществленной в 1895 году русским ученым профессором Поповым…

Прибор, описанный и реализованный в 1895 г. профессором А. Поповым, был применен для регистрации электрических воли, производимых атмосферными возмущениями, и для передачи на большое расстояние телеграфных сигналов, регистрируемых приемником. Начиная с 1895 г., Попов в своих публикациях и в демонстрациях русским ученым обществам показал, что его прибор сможет быть применен практически во флоте для передачи сигналов на большое расстояние.

Для увеличения чувствительности своего прибора г. Попов соединял один из электродов радиокондуктора Бранли с проволокой, прикрепленной изолированно к верхушке мачты; второй электрод соединен с землей. То же приспособление может быть применено и к шарикам разрядника осциллятора…

Изолированный проводник приемного аппарата является коллектором электрических волн, излученных в пространство; у передатчика он является излучателем. Их общая длина может подбираться и меняться сообразно с преодолеваемым расстоянием. Для двойных станций с помощью переключателя мачты попеременно выполняют обе эти функции…
Мы теперь знаем все отдельные органы, составляющие систему телеграфирования без проводов, изобретенную и примененную Поповым…

Преодоленные расстояния в первых опытах г. Попова составили 1500 метров, позднее — 5 километров над морем, с вертикальной проволокой в 18 метров высотой. Работы Попова ни разу не прерывались…» («Изобретение радио А. С. Поповым», стр. 100—101).

46) (к стр. 149). Для пользы дела А. С. Попов считал необходимым лично ознакомиться с тем, что делается за рубежом, и 12 апреля 1899 г. обратился к председателю Морского технического комитета с следующим прошением:
«Для опытов телеграфирования без проводников, предположенных в кампанию нынешнего года на судах Черноморского флота, кроме специальных приборов, необходимы заказы ценных индукционных катушек за границею. Между тем, в течение минувшего года было сделано много новых усовершенствований в этих приборах, экспонированных различными фирмами в иностранных ученых обществах и выставках, но не имеющихся еще в России. Для достижения наилучших результатов предполагаемых опытов очень важно воспользоваться новыми приборами, обещающими, кроме того, и значительную экономию стоимости устройства станций телеграфирования без проводов. Заочное приобретение новых приборов представляет, однако, некоторый риск; вследствие этого я считал бы полезным в начале мая посетить Париж для ознакомления со всеми приборами, касающимися этого дела и не составляющими никакого секрета; кроме того, я имею возможность ознакомиться со всеми сделанными фирмой Дюкрете в Париже опытами телеграфирования и, по всей вероятности, с опытами и приборами профессора Слаби в Шарлотенбурге. R Германии же в настоящее время образовалось несколько новых фабрик, изготовляющих специально для рентгеновских лучей трансформаторы, применимые и в телеграфировании без проводников. Ознакомление с этими фирмами может быть очень полезно и на случай возможного в будущем изготовления этих приборов в России.

Попутно я имел бы возможность ознакомиться с постановкой практической части учебного дела в иностранных электротехнических институтах, что я считаю весьма полезным и нужным в виду возложенного на меня с нынешнего года преподавания электротехники в Минном офицерском классе.
В виду вышеизложенного прошу Ваше превосходительство ходатайствовать о назначении мне командировки за границу в течение одного месяца.
Преподаватель Минного офицерского класса А. Попов. Апрель 12 дня 1899 г.»

Ходатайство А. С. Попова было поддержано Морским техническим комитетом, и командировка была разрешена с 10 мая.
Из материалов, относящихся к этой поездке, особый интерес представляет письмо А. С. Попова к П. Н. Рыбкину, посланное 1 июня из Парижа:
«…Все, что можно,— писал изобретатель радио,— увидел и узнал, говорил со Слаби и видел его приборы, был у Блонделя на станции в Булони, одним словом, все, что можно, узнал и вижу, что мы не очень отстали от других…» (А. С. Попов в характеристиках и воспоминаниях современников, 1958, стр. 292).

Back To Top