skip to Main Content

До 126-летия Радио осталось:

Кабинет точных измерений. Письменный стол А. Попова, на котором была поставлена первая отправительная станция. За столом П.Н. Рыбкин
Кабинет точных измерений. Письменный стол А. Попова, на котором была поставлена первая отправительная станция. За столом П.Н. Рыбкин

 

Я сделался радиоспециалистом благодаря ему, моему глубокочтимому учителю, Александру Степановичу Попову.

И не потому, что он убеждал меня заняться радиотехникой, тогда только-что нарождавшейся, – нет, он ни слова не сказал об этом. А если бы я задал ему вопрос, попросил совета, не выбрать ли мне своей специальностью радиотелеграфию, которая тогда в России олицетворялась в нем, то я сомневаюсь, чтобы и, при его скромности, ответил мне утвердительно.

И тем не менее он убеждал меня выбрать эту специальность и вот каким образом.
Каждый студент за два-три года до окончания высшей школы задает себе вопрос – чему посвятить свои силы, какую специальность избрать. Задал себе этот вопрос и я; спрашивал, то всего больше мне по душе.

И колебался в выборе…
Но вот каждый раз, после блестящих демонстраций моим учителем своих знаменитых опытов по радиотехнике, после этих исключительных по своему изяществу, ясности и убедительности опытов я, уходя из аудитории, каждый раз говорил себе: «вот этим я займусь».

Будущее радиотехники было тогда еще неясно: ее, как определенной отрасли техники, собственно говоря, еще не существовало.
Но такова была сила таланта моего учителя, чтобы увлечь ряд своих учеников в область, материально ничего тогда не обещавшую.

Для нас, начинающих, многие понятия, которыми оперировала радиотехника, были совершенно новы; многое для электротехника было необычно, да и вообще ново.
И каждый раз на наш вопрос Александр Степанович давал ясный, ободряющий ответ и с такой задушевностью и простотой, что становилось не страшно спрашивать еще и еще; и учиться у него искусству экспериментирования с тогдашними радио-приборами, которые действительно требовали искусства.

А у него была исключительная способность экспериментировать, исключительная наблюдательность и «золотые руки»: самыми простыми средствами, приборами, сделанными собственными руками, он пояснял с непревзойденной наглядностью свои мысли, свои представления о сущности радиотехнических процессов.

Была ли тогда, около тридцати лет тому назад, должная оценка сделанного им, его изобретения?
Нет, не было… Не было понимания, что его изобретение открывает новую эпоху в средствах сношений между людьми.

Не существовало той культурной общественной среды, которая также нужна на первых порах для развития всякой новой идеи, как тепло и влага для прорастания зерна; не было среды, которая обеспечивает моральную и материальную поддержку идеи.

Появись Александр Степанович со своим изобретением на Западе, оно имело бы там совершенно иную судьбу.

Пример Маркони у всех на глазах…
Теперь, только теперь мы начинаем сознавать всю важность его изобретения, видим использование последнего не только на специальных радиостанциях, но и миллионами любителей, бороздящими бездорожный эфир своими волнами во всех направлениях. Теперь становится ясным всем что радиосвязь сделается вскоре следующим после голоса способом сношения, общения между людьми…

А затем, вот, вот, если не завтра, так послезавтра осуществится радиовидение…
И все это строится на фундаменте, краеугольный камень которого положен Александром Степановичем…

Мы, ученики его, благоговейно чтим память учителя и с особой любовью вспоминаем его сегодня. Мы верим, что и миллионы людей соединятся сегодня с нами в почитании нашего учителя.

Савельев
Газета «Новости радио» № 4, 1925 г.

Back To Top